посмотрела на Темыча, но тот недовольно покачал головой. И тут до меня дошло, что на самом деле это серьезная проблема. Лекс стремительно менялся, и это как-то надо было объяснить людям. Не говорить же, в самом деле, что друг вроде как и не человек уже. Это могло посеять панику, что в нынешней ситуации было недопустимо. Монстры могли напасть в любую минуту, и, чтобы справиться с ними, нам нужны были сильные духом жители, безоговорочно доверяющие своему главе.
Глубоко вздохнув, я стала думать, что можно сделать в сложившейся ситуации, однако, как только мы перешли на соседнюю улицу, я поняла, что у нас есть проблемы и посерьезнее. Похоже, Попрыгунчик нисколько не преувеличил, заявив, что в поселении раскол. В растерянности наша компания остановилась у главной площади, с изумлением рассматривая наспех сооруженный забор из сетки, разделяющий гарнизон на два лагеря.
— Это что еще такое? — взревел друг, но раздраженный голос, неожиданно раздавшийся из-за ограждения, прервал его.
— Так, что здесь происходит? Попрыгунчик, ты чего сюда приперся? Михалыч прислал? Так передай ему: мое мнение не изменилось, так что пусть прекратит отправлять сюда парламентеров. И кто это с тобой?
Я сразу затихла, узнав голос Владислава. Невольно мои губы расплылись в глупой улыбке, а сердце забилось чаще. В глубине души мне было очень стыдно за свое нелепое детское поведение, но я ничего не могла с собой поделать. Я была безумно рада увидеть этого нервного вспыльчивого мужчину, от которого у меня по телу бегали мурашки.
Лекс словно почувствовал перемену в моем настроении. Прищурившись, он окинул меня презрительным взглядом, а потом резким движением стянул с себя кепку и злобно посмотрел на Владислава. Тот моментально побледнел и дрогнувшим голосом произнес:
— Твою мать, глазам не верю! Лекс! Но ты же мертв… А рядом с тобой, получается, Женя, что ли?
— Да, этот озабоченный хомяк — наша любимая Евгения. И я, если честно, не понимаю, что она делает рядом со мной. Помнится, я поручил тебе доставить ее в безопасное место, так почему в итоге мне пришлось самому этим заниматься?
Лекс зло запыхтел, а Владислав вышел вперед, растерянно рассматривая нас. Приблизившись впритык к сетке, огораживающей территорию, на которой помимо генерала находилось еще несколько человек, он недовольно спросил:
— Женя, как это понимать? Ты же сказала, что тебя укусили! Рану мне показывала!
Я смущенно опустила взгляд, а Лекс, нахмурившись, гаркнул на весь гарнизон:
— Ты действительно такой тупой, что не понимаешь? Да врала она, чтобы ко мне вернуться! Видите ли, спасти меня решила! В одиночку поперла против целой армии мертвецов! Ослушалась прямого приказа, подвергла свою жизнь опасности, и, поверь, за это ей еще предстоит понести заслуженное наказание. Я ничего не забыл!
Мужчина грозно зыркнул на меня, и я невольно сжалась. “М-да! Вот тебе и благодарность. А еще друг называется… Все, следующий раз пусть сам себя спасает, раз такой умный!” — расстроенно подумала я, морально готовясь к очередной ссылке на гауптвахту.
— И ведь у нее получилось! Но как ей это удалось? Допустим, Женю действительно не кусали. — Владислав нервно сглотнул, а потом внимательнее уставился на Лекса. — Но тебя-то точно всего изгрызли! Мы все это видели! Ты умирал! А теперь стоишь тут перед нами живой и невредимый. И даже как будто лучше выглядеть стал! И этот с тобой, как его…
— Темыч! Мать твою! Какого хрена вы его сюда притащили? — внезапно раздалось за спиной, и мы резко обернулись.
Позади нас стоял злой до невозможности Михалыч. Рядом с ним беспокойно переминались с ноги на ногу несколько солдат и еще какой-то странный незнакомый мужчина восточной наружности. Помня рассказ о давней вражде друзей, я хотела было вступиться за нашего союзника, но неожиданно сам Темыч оскалился и выступил вперед. А дальше начался самый настоящий бардак.
Незнакомец, стоявший рядом с Михалычем, пригнулся к земле, как бегун на низком старте, а после бросился на нашего товарища! Мужчины сцепились, изо всех сил лупася друг друга. Люди вокруг застыли в нерешительности, не понимая, что происходит, но тут подключился Лекс. Он рванул в эпицентр битвы и мгновенно раскидал драчунов, но чужак не успокоился. Он снова рванулся в бой, но тут Темыч вскинул руку вперед, и чужак упал на колени. Обхватив голову руками, незнакомец взвыл. В этот момент Лекс подбежал к нему сзади и повалил мужчину на землю. Друг вцепился незнакомцу в волосы и стал тянуть его голову вверх, словно хотел оторвать ее, а подоспевший Темыч обхватил врага, чтобы тот не смог вырваться.
Эти двое неплохо так спелись. Они действовали быстро и уверенно, хотя это было неудивительно. Друзья многое прошли вместе, сражались бок о бок с монстрами и сильнейшим Иным, так что работать в команде умели. И чужаку точно пришлось бы худо, если бы вперед, испуганно крича, не выбежала Юми.
— Стойте! Пожалуйста, не надо! Это мой брат!
Услышав слова девушки, Лекс с Темычем ослабили хватку, но чужака не выпустили.
— Юми, что ты здесь делаешь? Я же запретил тебе выходить! Тебе надо лежать! — проворчал Михалыч, перехватывая девушку, но та не хотела сдаваться. Она стала яростно вырываться из рук мужчины, попутно умоляя Лекса отпустить незнакомца. Зло выругавшись, друг приказал Юми успокоиться, а потом, окинув присутствующих грозным взглядом, сказал:
— Значит, брат, да? Очень интересно! Может, мне еще что-то надо знать? Скажем, откуда здесь появился забор! — Мужчина зло пнул сетку, и та жалобно заскрипела. — Или почему вы доверили охранять главный въезд в гарнизон сопливому пацану, неспособному колобка от гнилого яблока отличить! Михалыч, я оставлял тебя за главного. Ничего не хочешь мне сказать? Или, может, наш доморощенный генерал желает объясниться?
Однако добровольцев, готовых рискнуть и поговорить с взбешенным главой, не нашлось, поэтому, раздраженно сплюнув, Лекс продолжил:
— Короче, у вас ровно минута, чтобы объяснить мне, что у вас тут, на хрен, происходит. И не вздумайте юлить! Я все равно так или иначе узнаю правду, так что лучше вам признаться сейчас, пока я добрый.
Удивительно, но все присутствующие как-то сразу притихли и опустили головы, как нерадивые школьники, которых застукали с сигаретами. Лишь Попрыгунчик не растерялся. Он выбежал вперед и, смело посмотрев на Лекса, сказал:
— Глава, Юми не врет! Это правда ее брат. Он… Другой. Его укусили, но он не стал монстром.
— Да ну, ты действительно в это веришь? — перебил парня
